Абырвалг
В честь Нобелевской премии по химии, которую в этом году вручили за открытия в области белков, – забавная история со словом «белок» и его омографом.
Британский русист Майкл Гленни неоднократно переводил нашу литературу. В числе прочего было и «Собачье сердце». Однако Булгакова, блестящего стилиста с богатейшей лексикой, не так-то просто переложить на утилитарный английский. Особенно без досконального знания тогдашних реалий.
Вот отрывок из разговора Филиппа Филипповича с Шариковым, который Гленни перевел следующим образом:
‘What do you do with them… the dead cats, I mean?’ ‘They go to a laboratory,’ replied Sharikov, ‘where they make them into protein for the workers’.
В буквальном переводе обратно на русский:
– Что вы с ними делаете… я имею в виду, с мертвыми котами?
– Они идут в лабораторию, – ответил Шариков, – где из них делают белок для рабочих.
А вот как в оригинале:
– Что же вы делаете с этими… С убитыми котами?
– На польты пойдут, – ответил Шариков, – из них белок будут делать на рабочий кредит.
Бедный британец, во-первых, не распознал безграмотное употребление слова «пальто» во множественном числе и, вероятно, спутал его с некими пультами (отсюда и додуманная лаборатория). А во-вторых, его рационалистический англосаксонский мозг вполне допускал идею переработки котов в белковую пищу для пролетариата, но он даже представить не мог, что из кошачьей шерсти можно делать фальшивые беличьи воротники, а потом предлагать такие пальто рабочим в кредит.
Британский русист Майкл Гленни неоднократно переводил нашу литературу. В числе прочего было и «Собачье сердце». Однако Булгакова, блестящего стилиста с богатейшей лексикой, не так-то просто переложить на утилитарный английский. Особенно без досконального знания тогдашних реалий.
Вот отрывок из разговора Филиппа Филипповича с Шариковым, который Гленни перевел следующим образом:
‘What do you do with them… the dead cats, I mean?’ ‘They go to a laboratory,’ replied Sharikov, ‘where they make them into protein for the workers’.
В буквальном переводе обратно на русский:
– Что вы с ними делаете… я имею в виду, с мертвыми котами?
– Они идут в лабораторию, – ответил Шариков, – где из них делают белок для рабочих.
А вот как в оригинале:
– Что же вы делаете с этими… С убитыми котами?
– На польты пойдут, – ответил Шариков, – из них белок будут делать на рабочий кредит.
Бедный британец, во-первых, не распознал безграмотное употребление слова «пальто» во множественном числе и, вероятно, спутал его с некими пультами (отсюда и додуманная лаборатория). А во-вторых, его рационалистический англосаксонский мозг вполне допускал идею переработки котов в белковую пищу для пролетариата, но он даже представить не мог, что из кошачьей шерсти можно делать фальшивые беличьи воротники, а потом предлагать такие пальто рабочим в кредит.