Тру
Давным-давно, когда деревья были выше, а трава зеленее, я заслушивался замечательной американской хэви-метал-группой Manowar. Нетрудно догадаться, что привлекало в ней ботаника-интроверта вроде меня – это был шаблонный фантазийный мир, в котором можно было спрятаться от подростковых проблем. И хотя я с тех пор научился справляться с проблемами без использования допинга, позитивно-агрессивные вибрации заокеанских пророков тяжелой музыки и поныне расслабляют меня за счет незамысловатого, почти первобытного ритмического рисунка и медитативных в своей простоте текстов.
Так удачно совпало, что День защитника Отечества был ненамного раньше приезда в Петербург самой мачистской группы мировой сцены – поэтому судьба подарка моей жены была предопределена. Отдельно хочу поблагодарить ее за то, что она набралась мужества составить мне компанию.
На концерт я, правда, отправился в рубашке и брюках после ужина в полувеганском заведении – металист из меня получился так себе. На фоне студентов с хаерами в черных футболках, косухах и напульсниках и потрепанных жизнью мужиков с пивными брюшками, которые походили на провинциальных байкеров, я несколько потерялся. Но, во-первых, я все-таки был не один такой, а во-вторых, это никак не помешало мне тряхнуть стариной и покачаться на сладких волнах ностальгии. Как говорится, ставь, старуха, самовар – будем слушать «Мановар».
На сцене, между тем, появились ребята с роскошными гривами в кожаных безрукавках а-ля Валерий Леонтьев. И их дельтаплан, не успев толком позвать в полет, взмыл прямиком в Вальгаллу. Парни устроили настоящее рубилово. Они метали в зал такие сгустки гипертрофированной маскулинности, что сидящие перед нами доморощенные берсерки впадали в боевой транс и кусали спинки кресел. Не зря это самая громкая концертная команда – у меня до сих пор ощущения, как будто я побывал на Байконуре (или, правильнее сказать, на мысе Канаверал).
В перерыве между швырянием энергетических файрболов басист и основатель группы Джоуи Де Майо выдал несколько сольных проходов, насыщенных овердрайвами и дисторшенами. В какой-то момент он стремительно перескочил с двуручного тэппинга на балалаечные перезвоны и начал наигрывать романс русских эмигрантов «Дорогой длинною». А потом на топорном, с дубовым акцентом, но довольно старательном русском языке (лишь изредка сбиваясь на родной американский) он начал рассказывать публике, что на самом деле его соотечественники хорошо относятся к России. В общем, Russians love their children too, как пел Стинг на заре Перестройки.
В этом слегка наивном и трогательном монологе было какое-то ощущение всемирного музыкального братства, которые выше всех границ, расстояний и уж тем более политических разногласий. И это, пожалуй, главное впечатление от концерта.
Так удачно совпало, что День защитника Отечества был ненамного раньше приезда в Петербург самой мачистской группы мировой сцены – поэтому судьба подарка моей жены была предопределена. Отдельно хочу поблагодарить ее за то, что она набралась мужества составить мне компанию.
На концерт я, правда, отправился в рубашке и брюках после ужина в полувеганском заведении – металист из меня получился так себе. На фоне студентов с хаерами в черных футболках, косухах и напульсниках и потрепанных жизнью мужиков с пивными брюшками, которые походили на провинциальных байкеров, я несколько потерялся. Но, во-первых, я все-таки был не один такой, а во-вторых, это никак не помешало мне тряхнуть стариной и покачаться на сладких волнах ностальгии. Как говорится, ставь, старуха, самовар – будем слушать «Мановар».
На сцене, между тем, появились ребята с роскошными гривами в кожаных безрукавках а-ля Валерий Леонтьев. И их дельтаплан, не успев толком позвать в полет, взмыл прямиком в Вальгаллу. Парни устроили настоящее рубилово. Они метали в зал такие сгустки гипертрофированной маскулинности, что сидящие перед нами доморощенные берсерки впадали в боевой транс и кусали спинки кресел. Не зря это самая громкая концертная команда – у меня до сих пор ощущения, как будто я побывал на Байконуре (или, правильнее сказать, на мысе Канаверал).
В перерыве между швырянием энергетических файрболов басист и основатель группы Джоуи Де Майо выдал несколько сольных проходов, насыщенных овердрайвами и дисторшенами. В какой-то момент он стремительно перескочил с двуручного тэппинга на балалаечные перезвоны и начал наигрывать романс русских эмигрантов «Дорогой длинною». А потом на топорном, с дубовым акцентом, но довольно старательном русском языке (лишь изредка сбиваясь на родной американский) он начал рассказывать публике, что на самом деле его соотечественники хорошо относятся к России. В общем, Russians love their children too, как пел Стинг на заре Перестройки.
В этом слегка наивном и трогательном монологе было какое-то ощущение всемирного музыкального братства, которые выше всех границ, расстояний и уж тем более политических разногласий. И это, пожалуй, главное впечатление от концерта.