На птичьих правах
Одним из самых узнаваемых зданий в Петербурге является Дом компании «Зингер» (или просто Дом Зингера, он же – Дом книги). Российский филиал известного американского производителя швейных машин заказал его строительство в начале 1900-х для размещения главной конторы. По одной из версий, изначально планировался небоскреб, но тогдашние правила не позволяли сооружать объекты более 11 саженей (23,5 метра) в высоту, то есть выше Зимнего дворца. Это ограничение удалось частично обойти за счет мансарды и купола.
Перед куполом как раз и расположен весьма необычный архитектурный элемент, вероятно, единственный в своем роде, если говорить о Петербурге. Это орел – точнее, белоголовый орлан – с американского герба.
Появился он не сразу, а после того, как во время Первой мировой войны общественность начала обвинять компанию «Зингер» в шпионаже в пользу Германии. Возможно, виной тому было «немецкое» звучание фамилии основателя (американец Айзек Зингер происходил из еврейской семьи, но кого это интересовало), а может, при тогдашней шпиономании всех иностранцев подгоняли под одну гребенку. Эта участь, как известно, не минула даже императрицу Александру Федоровну, урожденную Викторию Алису Елену Луизу Беатрису Гессен-Дармштадтскую.
Интересно, кстати, что в России издавна называли немцами вообще всех иностранцев. А иногда и грудных детей – и те, и другие, хоть и по разным причинам, не говорили по-русски, а значит, были все равно что немыми.
Так или иначе, в «Зингере» решили перестраховаться и разместить на нижнем этаже консульство США, а перед куполом смонтировать скульптуру орлана. От огульных подозрений компанию это спасло, а вот от послереволюционной национализации – нет. Сама птица уцелела, избежав судьбы своих двуглавых российских собратьев, пущенных под снос. Но в 20-х годах она все равно куда-то исчезла. Найти концов не удалось, и скульптуру восстановили уже в наше время по старым фотографиям и чертежам.
Перед куполом как раз и расположен весьма необычный архитектурный элемент, вероятно, единственный в своем роде, если говорить о Петербурге. Это орел – точнее, белоголовый орлан – с американского герба.
Появился он не сразу, а после того, как во время Первой мировой войны общественность начала обвинять компанию «Зингер» в шпионаже в пользу Германии. Возможно, виной тому было «немецкое» звучание фамилии основателя (американец Айзек Зингер происходил из еврейской семьи, но кого это интересовало), а может, при тогдашней шпиономании всех иностранцев подгоняли под одну гребенку. Эта участь, как известно, не минула даже императрицу Александру Федоровну, урожденную Викторию Алису Елену Луизу Беатрису Гессен-Дармштадтскую.
Интересно, кстати, что в России издавна называли немцами вообще всех иностранцев. А иногда и грудных детей – и те, и другие, хоть и по разным причинам, не говорили по-русски, а значит, были все равно что немыми.
Так или иначе, в «Зингере» решили перестраховаться и разместить на нижнем этаже консульство США, а перед куполом смонтировать скульптуру орлана. От огульных подозрений компанию это спасло, а вот от послереволюционной национализации – нет. Сама птица уцелела, избежав судьбы своих двуглавых российских собратьев, пущенных под снос. Но в 20-х годах она все равно куда-то исчезла. Найти концов не удалось, и скульптуру восстановили уже в наше время по старым фотографиям и чертежам.