Нежная революция
Революция завершилась, дискотека и торжественный банкет - тоже, осталось похмелье весны, сиречь мартовских выборов. На которых даже второго тура не будет. И вот почему.
1. Нельзя быть "немного революционером", как нельзя быть "немного беременной". Есть два вида оппозиционного поведения - умеренное и радикальное. Во все времена во всех странах власть договаривалась с умеренными и мочила радикальных. Можно сколько угодно орать "Россия без Путина", но Россия может быть без Путина только тогда, когда количество радикальных превысит некоторое критическое значение, после которого они смогут мочить тех, кто до этого мочил их. Всё остальное – хиспстерские сопли и инфантильные взывания к патерналистскому началу, которое "придёт и молча поправит всё". Самое интересное, что единственным таким началом в России как раз и является Путин.
2. Многие из тех, кто выходил на митинг, хотели доказать себе, что они не твари дрожащие, а право имеют. Доказывать это можно по-разному: кто-то убивает старушек или рисует хуи на мостах, кто-то выходит на планктонно-хипстерские митинги или на школьно-гастарбайтерские путинги. Важно только помнить, что у нас на вершину пирамиды Маслоу полезли те, кому есть что терять. Это замечательно продемонстрировал владелец одного небезызвестного издательского дома: свобода слова свободой слова, но свои горно-обогатительные комбинаты ближе к телу. От Алишера Бурхановича митингёры отличаются лишь размером и стоимостью цепей, кроме которых им и правда нечего терять. Все эти кредитные иномарки отечественного розлива, недорогие поездки за бугор через скидочные сервисы, яблочные девайсы, модные заведения в неспальных районах... ну вы понели. Внутренний УсмановЪ почти всегда задавит внутреннего Эсманова.
3. Как бы ни открещивались микро- и макроблоггеры от этих вишенок на нарождающемся среднеклассовом куске социального пирога, это сытый бунт. Поэтому число недобунтарей будет последовательно сокращаться от ивента к ивенту по мере того, как они будут съезжать с вершины пирамиды Маслоу и отправляться с Болотной обратно в своё болото стабильности и зону комфорта. Останутся только идеалисты, которые являются духовными и идеологическими последователями - или, точнее, жалкими фарсовыми подражателями - хиппи (посмотрите на Пикник "Афиши" или какие-нибудь Пустые Холмы - это же выкидыши Вудстока). Эти принципиальные идеалисты, льющие воду на мельницу беспринципных монетаристов, не плавно съедут, а наебнутся. Что ж, хиппи в своё время именно так и поумнели.
4. Что бы ни врали веб-аналитики или западный политический истеблишмент насчёт роли социальных сетей, на подготовительном этапе их роль чисто техническая, а на основном они элементарно нейтрализуются, как с помощью провайдеров и сотовых операторов (помни Усманова!), так и без ведома оных. Так что ни наша декабрьская весна, ни арабские вёсны не были фейсбучными, твиттерными или лирушными революциями. Раз уж зашла речь об арабах, подведу тут итог революционного года. На Ближнем Востоке и в Африке перевороты удались как раз по той причине, о которой говорилось выше - критическая масса негодующих люмпенов стала велика либо сама по себе, либо при поддержке одной исключительно мирной четырёбуквенной организации. Для кого-то к счастью, а для кого-то и к сожалению, но у нас это в обозримом будущем невозможно. Так что можете и дальше постить котиков, а страна как-нибудь сама о себе позаботится. Всем спасибо, все свободны.
1. Нельзя быть "немного революционером", как нельзя быть "немного беременной". Есть два вида оппозиционного поведения - умеренное и радикальное. Во все времена во всех странах власть договаривалась с умеренными и мочила радикальных. Можно сколько угодно орать "Россия без Путина", но Россия может быть без Путина только тогда, когда количество радикальных превысит некоторое критическое значение, после которого они смогут мочить тех, кто до этого мочил их. Всё остальное – хиспстерские сопли и инфантильные взывания к патерналистскому началу, которое "придёт и молча поправит всё". Самое интересное, что единственным таким началом в России как раз и является Путин.
2. Многие из тех, кто выходил на митинг, хотели доказать себе, что они не твари дрожащие, а право имеют. Доказывать это можно по-разному: кто-то убивает старушек или рисует хуи на мостах, кто-то выходит на планктонно-хипстерские митинги или на школьно-гастарбайтерские путинги. Важно только помнить, что у нас на вершину пирамиды Маслоу полезли те, кому есть что терять. Это замечательно продемонстрировал владелец одного небезызвестного издательского дома: свобода слова свободой слова, но свои горно-обогатительные комбинаты ближе к телу. От Алишера Бурхановича митингёры отличаются лишь размером и стоимостью цепей, кроме которых им и правда нечего терять. Все эти кредитные иномарки отечественного розлива, недорогие поездки за бугор через скидочные сервисы, яблочные девайсы, модные заведения в неспальных районах... ну вы понели. Внутренний УсмановЪ почти всегда задавит внутреннего Эсманова.
3. Как бы ни открещивались микро- и макроблоггеры от этих вишенок на нарождающемся среднеклассовом куске социального пирога, это сытый бунт. Поэтому число недобунтарей будет последовательно сокращаться от ивента к ивенту по мере того, как они будут съезжать с вершины пирамиды Маслоу и отправляться с Болотной обратно в своё болото стабильности и зону комфорта. Останутся только идеалисты, которые являются духовными и идеологическими последователями - или, точнее, жалкими фарсовыми подражателями - хиппи (посмотрите на Пикник "Афиши" или какие-нибудь Пустые Холмы - это же выкидыши Вудстока). Эти принципиальные идеалисты, льющие воду на мельницу беспринципных монетаристов, не плавно съедут, а наебнутся. Что ж, хиппи в своё время именно так и поумнели.
4. Что бы ни врали веб-аналитики или западный политический истеблишмент насчёт роли социальных сетей, на подготовительном этапе их роль чисто техническая, а на основном они элементарно нейтрализуются, как с помощью провайдеров и сотовых операторов (помни Усманова!), так и без ведома оных. Так что ни наша декабрьская весна, ни арабские вёсны не были фейсбучными, твиттерными или лирушными революциями. Раз уж зашла речь об арабах, подведу тут итог революционного года. На Ближнем Востоке и в Африке перевороты удались как раз по той причине, о которой говорилось выше - критическая масса негодующих люмпенов стала велика либо сама по себе, либо при поддержке одной исключительно мирной четырёбуквенной организации. Для кого-то к счастью, а для кого-то и к сожалению, но у нас это в обозримом будущем невозможно. Так что можете и дальше постить котиков, а страна как-нибудь сама о себе позаботится. Всем спасибо, все свободны.