Плесков

Псков напоминает мне последнего в роду наследника древнего аристократического рода - не тощего надменного старикана с горбатым носом и следами вырождения на костлявом лице, который обитает в заброшенном поместье, а добродушного впадающего в маразм дедулю, занимающего пару комнат в коммуналке, до потолка заставленных всякой рухлядью от радиолы и телевизора "Горизонт" до сервиза из мейсенского фарфора и какого-то сомнительного артефакта времен царя Гороха.



Сочетается это порой гармонично, порой гротескно, анахронизмы наплывают друг на друга как льдины в ледоход на Великой. Но в результате получается милая провинциальная пастораль, в которой не особенно хочется жить, но в которую хочется возвращаться.