Пой, революция!
Черное небо, красная грязь.
Красное небо, грязная чернь.
Пасть тебе в площади потную пасть,
Червь.
С телом навытяжь в ступоре став,
Стены полиций вперились в зябь.
Ствол телебашни, остов моста –
Взять!
Горло глотает льготы вольгот.
Топот булыжный, гомон и грай.
Стекла сминаются мягкой фольгой.
Грабь!
Трупы алькальдов – в парка альков.
Туше толпливой – выпустить желчь.
Жесть автобункеров, доты ларьков –
Жечь!
Синее небо, серая твердь.
Слизью стекает смелое «сметь».
Смерды становятся строчками смет.
Смерть.
Красное небо, грязная чернь.
Пасть тебе в площади потную пасть,
Червь.
С телом навытяжь в ступоре став,
Стены полиций вперились в зябь.
Ствол телебашни, остов моста –
Взять!
Горло глотает льготы вольгот.
Топот булыжный, гомон и грай.
Стекла сминаются мягкой фольгой.
Грабь!
Трупы алькальдов – в парка альков.
Туше толпливой – выпустить желчь.
Жесть автобункеров, доты ларьков –
Жечь!
Синее небо, серая твердь.
Слизью стекает смелое «сметь».
Смерды становятся строчками смет.
Смерть.