Но виновен не жираф
Сегодня, я вижу, особенно грустен твой взгляд
И руки особенно тонки, колени обняв.
Послушай: далёко, далёко, на озере Чад
Изысканный бродит жираф.
Ему грациозная стройность и нега дана,
И шкуру его украшает волшебный узор,
С которым равняться осмелится только луна,
Дробясь и качаясь на влаге широких озер.
Вдали он подобен цветным парусам корабля,
И бег его плавен, как радостный птичий полет.
Я знаю, что много чудесного видит земля,
Когда на закате он прячется в мраморный грот…
Николай Гумилев
И руки особенно тонки, колени обняв.
Послушай: далёко, далёко, на озере Чад
Изысканный бродит жираф.
Ему грациозная стройность и нега дана,
И шкуру его украшает волшебный узор,
С которым равняться осмелится только луна,
Дробясь и качаясь на влаге широких озер.
Вдали он подобен цветным парусам корабля,
И бег его плавен, как радостный птичий полет.
Я знаю, что много чудесного видит земля,
Когда на закате он прячется в мраморный грот…
Николай Гумилев
На днях в Копенгагенском зоопарке выстрелом в голову из строительного пистолета был умерщвлен молодой здоровый жираф Мариус, после чего его тушу скормили львам. Убийство было анонсировано заранее и осуществлено перед зрителями (среди которых были и дети). Причиной послужило недопущение скрещивания жирафа с его близкими родственниками, которые содержались в этом и других европейских зоопарках.
Почему эта история так возмутила нас, русских? Разумеется, дело не в самом факте убийства животного – на эту тему можно дискутировать долго, но нельзя не признать, что и скотоводство, и охота, и истребление животных в санитарно-гигиенических и иных целях является повсеместной практикой и, помимо прочего, – залогом существования человеческой цивилизации. Я думаю, дело как раз в том, что бедолагу-жирафа, которому не повезло с генами, умучали не в сравнительно честном поединке типа корриды или той же охоты, а в ходе действа, позиционировавшегося как образовательный продукт (!), но смахивающего скорее на казнь.
Кстати об образовательных продуктах – в замечательном «Южном парке» есть эпизод, в котором для учеников младших классов проводят учебную экскурсию по скотобойне, после чего маленькие главные герои решают спасти милых телят (причем только один делает это из сознательного убеждения в неправильности происходящего – другой лишь помогает ему, своему другу, третий просто инфантилен, а четвертому нравятся противоправные действия).
Таким образом, это не в Датском королевстве что-то подгнило – нет, мы сталкиваемся здесь с гнилой с нашей точки зрения чертой германского (в широком смысле), англосаксонского менталитета, которую я в рецензии на «Майн кампф» обозначил как «ультрационализм». Именно ультрационализм и становится корнем и подоплекой таких явлений, как социальный дарвинизм, ювенальная юстиция в ее европейском понимании, защита эвтаназии, евгеника – и, да, расизм. Расизм, напомню, это не разделение на расы и не гордость за принадлежность к той или иной расе, а идеология, обосновывающая или просто утверждающая фундаментальное превосходство одной расы над другой. Из чего вытекает рациональное с точки зрения расизма отношение высшей расы к низшей, которое предусматривает, в том числе, возможность убийства по «рациональным» соображениям.
Как бы ни парадоксально звучало, для европейцев животные в определенном смысле относятся к иной расе (кстати, если кто не в курсе, негры содержались в европейских зоопарках как минимум до 30-х годов XX века). И подобно тому, как инквизиция, руководствуясь ультрациональным подходом, уничтожала еретиков и иноверцев на благо общества, современная Швеция, например, на благо общества использует умерщвленных бродячих кроликов, расплодившихся в городах, в качестве биотоплива. Просто потому что это в высшей степени рационально. То же самое произошло и с нашим Мариусом. В качестве подтверждения моих слов предлагаю сравнить материал BBC на эту тему с любым материалом наших СМИ.
Теперь что касается причин нашего отношения к происходящему. Хотя прямым антиподом западного ультрационализма является восточная иррациональность, это две стороны одной медали, а по-настоящему противоположен ему пресловутый нравственный закон внутри нас, о котором толковал наш соотечественник калининградец Кант и который является неотъемлемым свойством (а, может, и основой) загадочной русской души. Именно по нему, на мой взгляд, и проходит водораздел между Западом и Востоком, которым, как известно, никогда не сойтись.