Слушайте, я правда не понял, чего все так возбудились по поводу этой Алексиевич. Одни, брызгая пеной как Кургинян на томик Юлиуса Эволы, вопят, что она – продажная девка империализма и содержанка брюссельского обкома. Другие, срываясь с подобострастных всхлипов на радостные повизгивания, уже предвкушают, как она разрушит совковый Мордор, утопив нобелевское кольцо всевластия в озере лавы под Ново-Огарево. Дышите ровнее. Ну, ахеджаковщина, ну либеральный наивняк, но зачем стулья ломать? Не набитая дура, как ее характеризуют некоторые товарищи, но и не бог весть какой интеллектуал. Так, нечто неопределенно-интеллигентное и гуманно-гуманоидное. Такой типа Солженицын-лайт в юбке, бомбы на Россию не призывает кидать – и то хлеб. Еще меньше мне понятно возбуждение по поводу заангажированности Нобелевки. Ну охуеть, главную мировую премию, курируемую коллективным, как бессознательное, Западом вручают с учетом политических пристрастий. Никогда такого не было – и вот опять. Ей-богу, как дети малые. Главное тут совсем в другом. Когда смотришь, как белорусы с малороссами рвут на части пишущего (а также говорящего и, главное, думающего) на русском языке лауреата, понимаешь: есть только один народ, а вся эта незалежность с самостийностью – придурь, блажь и местечковые комплексы. И уже за одно это можно сказать спасибо и самой Алексиевич, и всему Нобелевскому комитету.